Наличие в городе кожевенного производства и производства по обработке шерсти допускается с большой вероятностью, так как, природные условия региона благоприятствуют развитию этих ремёсел. Однако явных следов данных производств, по причине тлетворного влияния времени, не обнаружено.
Маджар был центром пересечения караванных путей, идущих через Северный Кавказ. Подавляющее большинство найденных в городе монет было чеканено при ханах Тохте (1290—1312), Узбеке (1312—1342) и Джанибеке (1342—1357). В связи с широким денежным оборотом в обиходе повсеместно использовались маленькие глиняные копилки в форме шара с узкой прорезью сверху.
Найдено также значительное количество китайского фаянса, бронзовые китайские зеркала, посуда из Хорезма, бронзовая аптекарская ступка из Западной Европы.
На базары Маджара кочевое население близлежащих степей привозило продукты своего хозяйства: скот, шерсть, сало, молочные изделия, шкуры, лошадей, а здесь покупало все для себя необходимое: ткани, изделия из металла, глиняную утварь, хлеб, соль и прочее.
История Маджара
В «Дербенд-наме» («Истории Дербента»), дагестанском историческом сочинении XVII века, Большие и Малые Маджары упоминаются с VIII века как города Хазарского каганата. Однако в синхронных источниках свидетельств об этом нет. Тем не менее, существует теория, что возникновение города действительно относится к хазарскому времени и связано с историей венгров (мадьяров), кочевавших в причерноморских степях. Эту гипотезу пытался проверить венгерский учёный Ян Шарль де Бэсс, посетивший развалины Маджара около 1830 года. В своей книге об этом путешествии он писал: «Вот, наконец Олу, или Большие Маджары. Я обвожу глазами все стороны, я ищу следы этого когда-то большого и великолепного города, но бесполезно: всё исчезло.» Немецкий ботаник и дендролог Карл-Генрих Кох, побывав на развалинах в 1837 году, предположил, что часть населения покинула Маджар только после прихода татаро-монгольских орд, рассеявшись среди горских кавказских народов. По словам Коха некоторые кланы дигорцев, балкарцев, чеченцев, урусбиевцев связывают своё происхождение с населением древнего Маджара. В частности, к потомкам маджарского хана возводит своё родословие прославленный дигорский род Бадилатов.
Легенда о праотце венгров Маджоре была записана Шимоном из Кёза в «Gesta Hunnorum и Hungarorum» («Деяния гуннов и венгров») около 1283 года. Согласно сказанию, жили некогда возле Меотиды (Азовского моря) два брата Хунор и Маджор, однажды, охотясь, встретили они жён сыновей Буляра и двух дочерей аланского принца Дулы. Хунор и Маджор начали преследовать девушек и убедили их к замужеству. Таким образом, как гласит легенда, Хунор и одна из дочерей аланского принца стали предками гуннов, в то время как Маджор и вторая дочь аланского принца стали предками венгров. В свою очередь, археолог Э. В. Ртвеладзе на составленной им (в 1974 году) исторической карте Северного Кавказа времён Золотой Орды, отдельно от Большого Маджара обозначил Маджары Верхний и Нижний как аланские города.
Развалины мавзолея в 1793 году (рисунок П. С. Палласа)
Развалины мавзолея в 1793 году (рисунок П. С. Палласа)
Карта Астраханского ханства (ошибка художника ! — Маджар вместо Кумы помещён на Тереке)
Прикумская Венгрия (Kummagyaria) и другие области расселения венгров с IV по IX века согласно Лаcло Бендефи
В период расцвета (XIII—XIV вв) город был крупным ремесленным и торговым центром в составе Золотой Орды, в 1310—1311 имел особый статус, чеканил собственную монету . Население имело смешанный этнический состав: тюрки, русские, аланы, евреи и др. О Маджаре упоминают Абу-л-Гази-хан (в повествовании на 1282 г.) и Абу-л-Фида в своей географии (1321 г.).